Мифическое, но реальное

ПЯТНАДЦАТЬ ЛЕТ БЕЗ ПРАВА ПЕРЕДЫШКИ

      По Москве бродят три тысячи особо опасных субъектов. Некоторые из них называют себя лицеистами, другие и того страшнее — ФМШистами, одни откликаются на «1511», на других, как заклинание, действует «542». По достоверным данным, они составляют костяк «каширской мафии», по другим, не менее достоверным, большинство из них являются «мифическими» личностями. В этом октябре на их улице праздник: физматлицей №1511, в недавнем прошлом физматшкола №542 при МИФИ, справил свое пятнадцатилетие.
      Чтобы выпустить из себя три тысячи, обычной и даже необычной школе требуется сто, в лучшем случае 50 лет. Отцы-основатели 542-й сочли этот срок недопустимо долгим и собрали в ней только старшие классы, но зато по восемь (четыре, девять, двенадцать в разные годы) штук.
      Управление образования было озадачено таким оборотом событий ± создаваемая школа и по составу, и по программе выбивалась из привычных рамок. Найденный в 1982 году компромисс, по словам первого ректора (тогда еще без «ди-») школы, был парадоксален — Наиболее расплывчатыми оказались правила создания школ для детей с отклонениями в развитии психики, оттого на первых этапах ФМШ формально носил именно такой статус.
      Но статус нужно было оправдывать. Психику приходящих в ФМШ отличников и хорошистов действительно нельзя было назвать нормальной — им свойственны самоуверенность и зазнайство. Для изгнания этих заболеваний из юных организмов в ФМШ применялись разнообразные средства, наиболее эффектным из которых всегда был Большой сентябрьский... диктант. По его традиционно плачевным итогам отличники и хорошисты плавно превращались в двоечников и троечников, начинали посещать дополнительные. О количестве последних можно судить по фразе одного из выпускников: «Школу обычно считают вторым домом... ФМШ оказалась первым».Считается, что вуз отличается от школы разделением занятий на лекции и семинары. На самом деле главное отличие в другом: в приличном вузе новобранцам всегда говорят «забудьте, чему вас учили раньше». И потому, и по другому, принципу ФМШ относилась более к вузам, нежели к школам. Во всяком случае, так было, пока ФМШ не была в соответствии с новыми веяниями переименована в лицей. Может быть, в других школах такому имени и радовались, но настоящие ФМШисты возмущаются этим до сих пор — лицеев-то много, а такая ФМШ была чуть ли не единственной в своем роде.
      Ибо где еще найти школу, в футбольном чемпионате которой участвовали 16 команд? И где еще свежепоступивших десятиклассников в количестве полутора сотен, вытаcкивают в холодный сентябрьский лес, где потом полночи водят по так называемой тропе? Что там с ними делают — великая лицейская тайна, но только возвращаются они с тропы посвященными и к тому же в полном составе (что служит предметом постоянного удивления выпускников-тропарей).
      На недавней встрече выпускников одна из самых легендарных преподавательниц, несколько лет назад ушедшая из лицея, сказала, ,что ФМШ первых лет со всей ее неустроенностью и проблемами кажется теперь ей недостижимым идеалом. Это верно; но верно и то, что сейчас выпускники первых лёт возвращаются в школу в качестве преподавателей, и таких уже немало. А это значит, что жизнь ФМШ 542, она же ФМЛ 1511, продолжается — а это ценнее всех побед и регалий.
Сергей МИНАЕВ, IV выпуск


Газета "Вечерняя Москва" , 17 октября 1997